dik_dikij (dik_dikij) wrote,
dik_dikij
dik_dikij

Category:

Спровоцировали…

Алексей Битов (poziloy)

Подкинули мне ещё одну ссылку: http://www.domaktera.ru/user/File/Festivals/Bravo/2010/0510.pdf.
М.Липовецкий, «Театр – это искусство провокаций». Логика, конечно, странная (хочу напомнить, что Азеф или Гапон были связаны не с театром, а совсем с другим ведомством). Ладно, общие рассуждения опускаю. Интереснее конкретика. Вопрос: «Марк Наумович, Вы говорили, что в «новой драме» есть несколько имен, которые войдут в историю русской литературы. Кто это, и почему Вы так считаете?»
Ну, как такое пропустить можно?
Сразу перехожу ко второй, «именной» части ответа: «…Я не беру на себя ответственность за исторический процесс, и мое мнение субъективно, но думаю, останутся некоторые пьесы братьев Пресняковых, Юрия Клавдиева. В рамках «новой драмы», хотя это не принято, я рассматриваю и Евгения Гришковца. Его пьеса «Как я съел собаку» – пьеса «новой драмы». У Пресняковых, я считаю, лучшие вещи на сегодняшний момент – «Терроризм», «Изображая жертву», а также «Европа-Азия», несмотря на неудачу фильма. У Клавдиева я высоко оцениваю пьесу «Анна», которая не очень известна. Конечно, Иван Вырыпаев. Его «Июль» я воспринимаю как одну из сильнейших вещей этого периода. Отмечу отдельные пьесы Николая Коляды, которые появились до «новой драмы», но Коляда во многом ее готовил, в том числе как педагог, наряду с драматургами Людмилой Петрушевской и Владимиром Сорокиным. Можно сказать, Николай Коляда создал культурную почву для «новой драмы». Чуть не забыл про Василия Сигарева. Я считаю, что «Пластилин» и «Волчок» – очень значительные художественные явления».
Посмотрим на этот список повнимательнее. Отсутствие Пряжко, возможно, объясняется тем, что до университета Колорадо, где преподаёт Липовецкий, это «новое имя» пока не долетело (возможно, тамошние жуки его на лету склевали).
Коляду снимаем с рассмотрения сразу же: и упомянут он во всех ипостасях, но как-то неконкретно, и писал я о нём совсем недавно. Далее. О четырёх текстах я уже так или иначе писал, причём, что характерно, ни один из них пьесой не является. Гришковец? Эстрадный монолог (кстати, очень даже и неплохой, но это другой вопрос). Вырыпаев? Опять-таки монолог, который можно зачитать со сцены, но не показать спектакль – многие сцены откровенно не годятся для показа (опускаю вопрос о сходстве «Июля» с «Вышкой Чикатило» как не имеющий сейчас отношения к делу). «Волчок» Сигарева – киносценарий, автор так и написал, между прочим. В «Пластилине» подобной записи, насколько мне известно, нет, но по сути это ничего не меняет, киносценарий. Процитирую сам себя: «Кто-то возмутится: как не пьеса, она же шла в театре! Ну, и что? В театре шли «Братья Карамазовы», «Мастер и Маргарита», «Король Матиуш Первый», но литературные первоисточники от этого пьесами не стали. Пьеса – это литературное произведение, которое может быть в полном объёме перенесено на сцену без специальной адаптации, а не то, что в принципе можно перенести на сцену (теоретически всё перенести можно)».
Остаётся четыре текста, три – от Пресняковых, один – от Клавдиева.
Начнём, пожалуй, с Клавдиева. «Анну» я до этого не читал, так что пришлось ради такого случая срочно ликвидировать пробел в образовании. Как же, это ведь войдёт в историю русской литературы. Хорошо, давайте разберёмся.
Что меня удивило, так это единство места действия. Тоже правильно, по крайней мере со стыками проблем меньше. Только вот пьесы я всё равно не увидел: внешнее действие есть, а внутреннего нет. Если надо озвучить какой-то внутренний мотив, персонаж делает шаг вперёд и читает монолог, как диктор в программе новостей. Фактически, получился текст для комикса. Один момент в начале показался мне забавной находкой: три стрелка, почти ковбоя, беседуют между собой, как деревенские комсомольцы в советском фильме про кулацкий террор: «Поправьте меня, товарищи... Да ладно вам, товарищи – вы ещё через плечо поплюйте». Нет, без всякого юмора, замечательное сочетание несочетаемого. К сожалению, радовался я недолго, Клавдиев (вернее, его персонаж Серёга) выруливает куда-то не туда: «Да ладно вам, товарищи – вы ещё через плечо поплюйте. Сколько можно! Все эти бабьи сказки только мешают вам самовыражаться...». Приплести до кучи ещё и самовыражение – это, конечно, смешно, но уже перебор. Ладно, проехали. Рассмотрим лучше всю конструкцию в целом. Персонажей немного, всего 7. Троих убивают на наших глазах, подводя этим черту под их единственным появлением на сцене (Лена, правда, успевает на пару секунд выйти, но тут же возвращается себе на погибель). Серёга «Левша» мелькает дважды и вроде бы тоже погибает, но за сценой (хотя тут гарантии нет, он перед этим как раз воскрес). Председателя мы видим аж три раза, но, судя по всему, его тоже постиг печальный конец (он выходит, и «Снаружи раздаётся несколько выстрелов»). Дальнейшая судьба Анны покрыта мраком. Правда, Витя, кажется, уцелел. То есть из 7 персонажей то ли 5, то ли 6 погибают (все – насильственной смертью). Знаю, была такая пьеса, из датской жизни, там тоже мало кому из героев удалось дотянуть до финала, вот только у английского автора смерть становится неким итогом, а не целью появления на сцене. Кстати, именно «Гамлета» цитирует по ходу один из клавдиевских персонажей, деревенская проститутка Лена: «А вот так, Анечка! Есть многое на свете, друг Горацио...».
Несмотря на массовую гибель героев, «Анна» вполне целомудренна: об ужасах нам рассказывают, а не показывают; умирают все достаточно легко и безболезненно; ну, один герой мочится на сцене, да один раз на сцену залетает бутылка с зажигательной смесью («Подскочив на полу, она падает в подпол и там взрывается»). Вожжами один раз героиню охаживают (если сосчитать ремарки «бьёт Анну», получится 15 ударов). Трахаются тоже один раз, причём показано это поэтично и отстранённо: «Анна и председатель опускаются на пол. Случайная оса надолго зависает в открытом окне, наблюдая, как толкается и плещется самогонка в стакане на столе. Она улетает, когда Анна и Председатель, вспотевшие и растрёпанные, поднимаются с пола» (пусть режиссёр поломает голову над сценическим решением, его проблема).
И вот ещё что. Текст небольшой, 24 страницы, но без некоторых плохо стыкующихся моментов не обошлось. На странице 1 Анна говорит: «Сегодня ночью опять подожгли», на что Витя хладнокровно реагирует «Знаю». Знают в подробностях – тут же, на странице 2, на вопрос Председателя: «Про поджоги слышала?» – Анна отвечает: «А кто не слышал? Вчера последний раз… на том конце, дом, где библиотека была раньше». Очередной поджог, обычное дело? Ан нет, поджог, оказывается, вовсе не ординарный, так на транице 5 говорит Серёга: «это первый раз, когда подожгли не жилой дом, а административное здание» (и все с ним согласны). А есть странности покруче. Анна живёт в деревне четвёртый год, но о существовании Того-Кто-Слушает-Спящих слышит первый раз (большая, наверное, деревня). Ага, четвёртый год, приехала она сюда на третьем курсе, ей 22 года, всё, вроде бы, сходится. Но за эти три с чем-то года Анна успела очень многое: она встретила свою любовь, родила ребёнка; потом ребёнок «нечаянно застрелился, играя с пистолетом» мужа. Маловероятно, что это был грудной ребёнок, плюс срок беременности; в общем, как ни крути, потеряла ребёнка Анна достаточно недавно – хотя и успела за истекший период похоронить мужа и сойтись со стрелком Витей, но это много времени не требует. А вот ребёнок… На мать, потерявшую ребёнка совсем недавно, Анна как-то не слишком похожа. Короче, не верю.
Думаете, это я над Клавдиевым иронизирую? Да нет, над колорадским профессором, ухитрившимся углядеть в очевидном комиксе то, что «войдёт в историю русской литературы». К автору тут нет вопросов – человек экспериментирует, ищет, без тени юмора говорю. И единство места, и попытка сделать главным героем женщину свидетельствуют именно об эксперименте. А то, что получился комикс... Обратите внимание, Клавдиев вообще тяготеет к комиксам. Кстати, в русской литературе эта импортная форма приживается плохо, зато в американской некоторая "комиксность" иногда присуща вполне серьёзным авторам. Но об этом и говорить надо серьёзно, чего делать совсем не хочется, а тем более – летом.
Тем более, у нас ещё остались братья Пресняковы. О них – завтра.
Subscribe

  • 2021: 23 – 31 августа

    dik_dikij и poziloy Прощаемся с летом. 23 августа 2021 года умер Гоча Ломия. « Ломия... знаком советскому зрителю по своему экранному дебюту – в…

  • 2021: 12 – 22 августа

    dik_dikij и poziloy Продолжаем свою припозднившуюся «летопись». 12 августа 2021 года умерла Уна Стаббс. « Стаббс в Британии была известна как…

  • Год назад: 2020, 8 – 19 сентября

    dik_dikij и poziloy Ещё 12 дней прошлой осени. 8 сентября 2020 года умерла Нафисет Айтекова-Жанэ. « В 1961 году пришла на работу в Краснодарский…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 21 comments

  • 2021: 23 – 31 августа

    dik_dikij и poziloy Прощаемся с летом. 23 августа 2021 года умер Гоча Ломия. « Ломия... знаком советскому зрителю по своему экранному дебюту – в…

  • 2021: 12 – 22 августа

    dik_dikij и poziloy Продолжаем свою припозднившуюся «летопись». 12 августа 2021 года умерла Уна Стаббс. « Стаббс в Британии была известна как…

  • Год назад: 2020, 8 – 19 сентября

    dik_dikij и poziloy Ещё 12 дней прошлой осени. 8 сентября 2020 года умерла Нафисет Айтекова-Жанэ. « В 1961 году пришла на работу в Краснодарский…