dik_dikij (dik_dikij) wrote,
dik_dikij
dik_dikij

Каким ты был...

Алексей Битов (poziloy)

Сегодняшнего героя мы планировали на вторник – не получилось. Но если уж человеку пришлось ждать три дня – вряд ли несколько минут что-нибудь решат, так что начну, пожалуй, с «культурной» журналистики. Откуда берутся дети – я, в общем, догадываюсь, но и взрослые особи нередко дают такого дрозда... Когда интервьюерша в беседе с П.Рудневым сообщает, будто театральная педагогика появилась в 70-е годы (век не уточняется) – понятно, дети (поколение Next). Но вот многоопытный В.Выжутович берёт интервью у небезызвестного Э.Боякова – и что же мы читаем в «Российской газете» в преамбуле этого интервью?
«Известны как минимум два воззрения на роль публики в театре. Первое пришло из актерских буфетов и выражается сакральным вердиктом: "Публика дура". Второе принадлежит Пушкину: "Публика образует драматические таланты". Автор "Бориса Годунова" и "Маленьких трагедий" полагал, что "заказчиком" пьесы является зритель, а причину различий между драмами Шекспира и Расина объяснял социальным составом зрительного зала: тут – народ, там – придворное общество. Умение угадывать желания публики давно стало профессией, имя которой – продюсер» (http://rg.ru/2016/04/05/boiakov-delenie-iskusstva-na-massovoe-i-elitarnoe-uzhe-ne-rabotaet.html). Пушкин писал про «социальный состав»? Может, он ещё и классовыми теориями увлекался? А о «заказчиках» – это, конечно, не из Пушкина: «Иные, лучшие, мне дороги права; / Иная, лучшая, потребна мне свобода: / Зависеть от царя, зависеть от народа – / Не все ли нам равно?» (Кстати, действительно не «Из Пушкина», а «Из Пиндемонти».)
Учитывает ли автор вкусы и представления своего «заказчика»? Да, в какой-то мере – безусловно, таковы реалия бытия, но главный ли это фактор или всё-таки дополнительный? Советские писатели (включая драматургов), конечно, делали поправку на Главлит – следует ли из этого, что они писали для Главлита? (Ни о царях, ни о народе тут говорить не приходится – народ, типа, безмолвствовал, а царями с некоторых пор становились либо ни разу не книгочеи, либо писатели, но не читатели, либо те, кому по состоянию здоровья было, мягко говоря, не до книжек.) Если быки и вправду не любят красный цвет, пастухи, понятно, не ходят в красном, но сие не означает, что пастухи одеваются для быков. А если кто-то и одевается – какая разница, что за бык? «Зависеть от царя, зависеть от народа...» Но Пушкин у нас большой, и прятаться за него удобно.
А это, интересно, чей ляп? Возможно, не Выжутовича и наверняка не Боякова, но к газетной «культуре» неизвестный халтурщик явно имеет непосредственное отношение. Бояков: «Названные вами имена [Х.Геббельс, Т.Остермайер] не выдерживают сравнения не то что со Стрелером, а даже со своими прямыми предшественниками – поколением Франка Кастрофа и "Фольксбюне". По моему, Кастроф – последний большой европейский режиссер. Кстати, очень много русского поставил, от Достоевского до Сорокина, от Чехова до Лимонова. После Кастрофа фестивальный европейский мейнстрим развернуло в сторону замороченных, нарциссических экспериментов». Три раза подряд упомянут режиссёр Кастроф – это кто? Кастро Ф. (в смысле, Фидель)? Так он, вроде, не «европейский режиссер». Короче, формулу «опосля Кастрофа вышла катастрофа» замнём для ясности – пусть они там, в «РГ», сначала разберутся, как пишется та или иная фамилия.
Справедливости ради, фамилию главного героя газета не перепутала – и на том, как говорится, спасибо: сразу понятно, о ком речь, хотя г.Бояков кокетничает: «Я сильно изменился за последнее время». Ну, не знаю, не знаю – в главном он верен себе: «Мне не интересно придумывать спектакли для академических театров, потому что это обслуживание всего нескольких форматов». Или так: «Сейчас на Авиньонском или Эдинбургском фестивале невозможно увидеть, например, откровенно антигейский спектакль. Хотя полтора миллиона человек выходят на улицы Парижа, протестуя против однополых браков. Где фильмы и спектакли о том, что огромная часть общества не приемлет подобные семьи? Какие фестивальные режиссеры обслуживают эту полуторамиллионную протестную аудиторию?» Как видите, меняются города и темы (академические театры, однополые браки), но Бояков стоит на своём: театр существует для того, чтобы кого-то обслуживать. Манишка накрахмалена, «бабочка» расправлена, спина согнута под нужным углом – чего изволите-с? Ну, да, сменил условно-рыбный ресторан на условно-мясной, но повадка-то осталась прежней... «Ты приходишь во МХАТ им. Горького, смотришь "Синюю птицу" и говоришь: ну хоть что-то в мире есть постоянное». Бояков решил равняться на Т.Доронину? Нет, конечно, но желание угодить клиенту неизменно, как «Синяя птица».
«сегодня мне интереснее та часть массовой аудитории, которая не отягощена навязанными нам за последние двадцать лет потребительскими западными форматами и ценностями.
– Что вы имеете в виду?
– Я имею в виду узкую, не работающую с широким зрителем субкультуру театрального авангарда с его жесткими границами
». То ли Бояков отношения к театральному «мейнстриму» никогда не имел, то ли его нам с Запада навязали (внедрили под легендой о дагестанском происхождении).
Впрочем, кто старое помянет... Бояков о прошлом вспоминает неохотно и делает при этом хорошую мину: «Да, я ушел из академии, но это не значит, что был отторгнут. Не знаю, насколько уместны здесь футбольные аналогии, но даже тренеры, которые добиваются больших успехов с командой, через два-три года бывают вынуждены уйти. Так недавно случилось у Моуриньо с "Челси"». Для тех, кто не в теме: плох Моуриньо или хорош, но в декабре прошлого года его уволили после того, как действующий чемпион Англии обосновался в подвале турнирной таблицы. Да и достижения Боякова на посту ректора Воронежской Академии искусств покрыты мраком тайны – за последние 3 года этот ВУЗ прославился разве что участием студентов в скандальном «трэш-мюзикле» под названием «Каренина», и то уже после того, как наш герой покинул Воронеж.
Что же до театра как такового – о, г.Бояков в очередной раз продемонстрировал глубочайшее понимание природы этого искусства: «театр работает не с литературным слогом, а с речью... Задача театра в данном случае – фиксировать состояние сегодняшней речи, что когда-то сделал Грибоедов, создав речевые портреты героев своей бессмертной пьесы». О том, что само слово «театр» происходит от греческого «вижу» (а не «слышу»), экс-ректору и экс-худруку, видимо, не доложили. Различий между понятиями «театр» и «драматургия» наш герой тоже не усматривает и вещает со свойственным ему простодушием: «"Новая драма" появилась, когда советский театр заканчивался, исчерпав свою великую миссию. Театр Товстоногова, Эфроса, Любимова, старый "Современник"... Это были великие театры». Далее Бояков уточняет: «театр в советское время был, как говорится, "общественной кафедрой"». Ну, конечно: кафедра проповедника Товстоногова, кафедра проповедника Эфроса... С такими представлениями остаётся только вещать, хоть с такой кафедры, хоть с эдакой... Заодно неплохо бы уточнить, что объединяет Товстоногова, Эфроса, Любимова, Ефремова; к сведению Боякова, «советский театр» – это чисто временная характеристика, а СССР распался в 1991 году, когда никакой "новой драмы" ещё и в помине не было; разных режиссёров связывала общая принадлежность к русскому репертуарному театру, и этот театр, переживающий сейчас нелёгкие времена, отнюдь не закончился, как бы ни мечтали о его кончине наши, скажем так, «новаторы» («Достоевский умер, – сказала гражданка, но как-то не очень уверенно»). Ну, да ладно, попытки выдать желаемое (коммерчески выгодное) за действительное – это, по крайней мере, понятно, но путать драматургию и театр совсем смешно. Не говоря уже о некотором, мягко говоря, преувеличении, роли "новая драмы".
Отдельно порадовал такой пассаж: «И Чехов выиграл от "новой драмы", и Достоевский, и Толстой». Чем больше свалка, тем выше выглядят на её фоне Гималаи – так, что ли? Не исключаю, что и на свалке иногда находятся какие-то полезные детали, но явно не в промышленном количестве, а уж Гималаи тут решительно ни при чём («Увезите меня в Гималаи...», м-да).
Кстати, и по части драматургии Бояков тоже не особенно блещет: «Происходит актуализация театрального языка, приходят новые темы, новые герои, возникают новые сценические технологии, новая антропология. У человека, который родился и вырос в пространстве вай-фая, – у него другой жест, он по-другому на часы смотрит, по-другому очки снимает... У него все по-другому». А в Древней Греции и очков-то не было – как же безнадёжно, по Боякову, устарели всякие Медеи, Антигоны и прочие Эдипы... Кто бы научил нашего прогрессора отличать антураж от персонажа?.. термины, конечно, немного похожи, а до кучи можно добавить трикотаж и такелаж. Точно так же можно до посинения талдычить про «новую антропологию», но человек, увы, остался таким, как был; не верите – почитайте древних греков. Или туники с панталыку сбивают – особенно тех, кто «вырос в пространстве вай-фая» и может покинуть родные пределы лишь на то время, на которое хватит дыхательной смеси в айфоне баллоне?
Что же до последних «изменений» нашего сегодняшнего персонажа... кому как, а мне по барабану, какого цвета кошка – лишь бы она ловила мышей. Бояков, как нетрудно убедиться, мышей не ловит. Продюсер он был успешный, кто спорит, но не зря Пушкина назвали «нашим всё» – классик и это предусмотрел: «Суди, дружок, не свыше сапога!»

P.S. Как водится, к интервью в «РГ» прилагается справка о достижениях героя (похоже, основные данные взяты из Википедии): «Эдуард Бояков - продюсер, театральный режиссер, театральный педагог; создатель фестивалей "Золотая маска", "Московского пасхального фестиваля" (совместно с Валерием Гергиевым), "Новая драма", "Текстура", "Большая перемена", основатель и член художественного совета театра "Практика"». Насчёт режиссёра и театрального педагога – всё понятно, но и «создатель фестиваля «Золотая маска»» несколько смущает. Из статьи о герое дня в Википедии: «Новый этап в биографии Боякова начинается в 1995 году, когда он становится директором фестиваля «Золотая маска»». В справке «РГ» – ещё более поздняя дата: «В 1996-2006 руководил фестивалем "Золотая маска"». А это – тоже из Википедии, но из статьи, посвящённой самой «Маске»: ««Золотая маска» – Всероссийский театральный фестиваль, Российская Национальная театральная Премия, учреждена в 1994 году Союзом театральных деятелей России». Получается, что премия учреждена за год (или за два) до того, как там появился её «создатель». И ещё вопрос: зачем Бояков спрятался под псевдонимом «Союз театральных деятелей»? Неужели из скромности?
Кстати, хлестаковщина (от «перемены жеста» суть не меняется) не отменяет того факта, что Бояков как директор много сделал для становления фестиваля. А потом пришла г-жа Ревякина...
Но это уже другая история.
Subscribe

  • 2021: 23 – 31 августа

    dik_dikij и poziloy Прощаемся с летом. 23 августа 2021 года умер Гоча Ломия. « Ломия... знаком советскому зрителю по своему экранному дебюту – в…

  • 2021: 12 – 22 августа

    dik_dikij и poziloy Продолжаем свою припозднившуюся «летопись». 12 августа 2021 года умерла Уна Стаббс. « Стаббс в Британии была известна как…

  • Год назад: 2020, 8 – 19 сентября

    dik_dikij и poziloy Ещё 12 дней прошлой осени. 8 сентября 2020 года умерла Нафисет Айтекова-Жанэ. « В 1961 году пришла на работу в Краснодарский…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments