dik_dikij (dik_dikij) wrote,
dik_dikij
dik_dikij

Искусственные «Челюсти-2015», или Над границей тучи ходят хмуро

Алексей Битов (poziloy)

Знаете ли вы, почему у нас невозможно «снять блокбастера»? Оказывается, из-за того, что «верхушка [пирамиды] висит в воздухе и не обогащает нижнюю часть». Но это – как бы во-вторых, а «Для начала потому, что у нас очень плохо с художественным образованием». И не только с художественным, а то бы наш автор знал, что «блокбастер» – неодушевлённое существительное мужского рода, и в винительном падеже склоняется по-другому. А может быть, знал бы даже, что фигура, очертаниями напоминающая песочные часы («середины... как будто нет вовсе, будто ее пережали»), не называется пирамидой. Но «если бы да кабы», как известно, не считается, так что с нехудожественным образованием у нас и впрямь плохо. Впрочем, с художественным – не лучше.
Вот, к примеру, пишет человек на Фэйсбуке: «Павленский создал ёмкий и сильный образ: наверное, его надо судить в суде за порчу государственного имущества (как следовало бы судить музыканта, сыгравшего концерт на украденной им скрипке), все прочее же подсудно только суждениям вкуса и эстетической экспертизы. Непонимание этого, как мне кажется, продукт все того же школьного эстетического (прежде всего литературного) образования, не учащего видеть и воспринимать сам художественный образ – только приёмы его создания («найдите в этом стихотворении метафоры»)) и стоящую за ним систему воззрений и ценностей («что хотел сказать нам автор своим произведением?»)» Неужели автор этого пламенного пассажа не догадывается, что использует основной слоган «ткачей» из «Голого короля»? Не догадывается, похоже... то ли не читал, то ли позабыл... вот такое образование.
И с логикой – тоже беда: «искусство от бытового хулиганства отличает прежде всего то, что оно творит образы, даже если это образы кому-то кажутся хулиганскими». У хулиганства – свои образы, достаточно погуглить, навскидку: «образ хулигана, как и многие другие, следует рассматривать в контексте всего творчества именно с этой точки зрения», «Кожаные куртки и ботики на плоской подошве также отлично впишутся в образ хулигана» и т.д. Конечно, логику в наших учебных заведениях не преподают (говорят, из солидарности с Лениным, которому эта оценка испортила гимназический аттестат), но, в конце концов, можно и на дому попрактиковаться, было бы желание.
Каюсь: «погуглить» я предложил не просто так, а в качестве симметричного ответа. Автор рассуждений про «образы» и «непонимание» пусть сохраняет инкогнито, а вот насчёт «снять блокбастера», пережатой в талии пирамиды и «у нас очень плохо с художественным образованием», а также «кому интересно, могут набрать в поисковике» – что греха таить? «Пламя без возгорания» (явный намёк на ленинскую «Искру»), или «Алена Солнцева о том, почему российское массовое искусство такое бездарное и при чем здесь художник Павленский», http://www.gazeta.ru/comments/column/solnceva/7890479.shtml. Как известно, Ленин выделял источники марксизма (три) и его составные части (тоже три); Солнцева ограничивается тремя свидетелями: на её стороне должны выступить поисковик, Ю.Лотман и С.Попов, «галерист и искусствовед».
С поисковиком – ясно; кстати, в этом пассаже привлекает внимание ещё одна прелестная фраза: «Да, это искусство, называется «акционизм», имеет свою историю, критерии, рейтинги, теорию и практику». Производство стирального порошка, вообще-то, тоже имеет все вышеперечисленные признаки, можно даже не гуглить.
Позволю себе и небольшое, можно сказать, лирическое отступление. Солнцева пишет: «Возник он [акционизм] как направление левое, то есть антибуржуазное, в связи с коммерциализацией современного искусства: акция, которую осуществляет художник, не имеет товарной стоимости, ее нельзя продать». Нет, не так, рыночные перспективы тут очень даже прослеживаются. Представьте, что подобные акции в обществе пойдут на ура – но тогда «новые художники» превратятся в «медийных лиц», а на них сразу же, как мухи на мёд, слетятся рекламщики. А известность того или иного акционера зависит прежде всего от активности куратора: чем больше звона, тем известнее очередной «художник», и куратор при таком повороте становится серьёзной фигурой рекламного рынка, а заодно и оттесняет галериста на второй план. Кстати, недурная получилась бы реклама: «Только наши гвозди входят в брусчатку так быстро и безболезненно!» или «Наши бройлеры настолько вкусны, что тают во рту до того, как вы успеваете их засунуть куда-нибудь ещё!»
Впрочем, с одним утверждением Солнцевой нельзя не согласиться: акционизм возник как «левое» искусство – по аналогии с «левой» водкой или другим «левым» товаром. Будете брать?
Всё, отступление закончено, вернёмся к двум оставшимся свидетелям. Первый, С.Попов, «занимается современным искусством, как сам говорит, «классического толка»... Солнцева пишет: «Почему мы не готовы? Для начала потому, что у нас очень плохо с художественным образованием. «Уровень преподавания... даже не на нуле, а в минусе... У нас не учат художников главному – думать, выпускники не знают, что им сказать миру. Художник не тот человек, который умеет рисовать, художник тот, кому есть что сказать в искусстве», – уверен Попов». Уважаемые господа и дамы! Само по себе умение рисовать ещё не превращает рисовальщика в художника, согласен, но без этого умения, как бы это помягче... он превращается в собаку, которой есть, что сказать, но нет дара речи, сколько ни виляй хвостом. Или другой пример: наличия молочных желёз недостаточно, чтобы стать кормящей матерью, надо ещё выносить и родить ребёнка, и только тогда появится молоко... но если нет молочных желёз (атрофия, скажем), рожай – не рожай, а кормящей матерью всё равно не станешь, лучше попробовать себя в каком-нибудь другом качестве. Но и тут кое с чем следует согласиться: человек, имеющий хотя бы самое смутное представление о кошках, никогда не обнаружит этого зверя в комнате, в которой его нет... а тому, кто не в курсе, достаточно предъявить таракана и сказать «Вот она, кошка!»... кто в теме – засмеётся, кто не в теме – авось, уверует.
Между тем, Солнцева продолжает цитировать «классика» Попова: «Именно потому, что у нас беда с современным искусством и с образованием в этой сфере, у нас очень плохо и некрасиво построенные мосты, некрасиво положенный асфальт, мусор вокруг, некрасивые заборы на стройках, убогая реклама и т.д. Люди рождаются и растут в атмосфере некрасивого». Правда? В таком случае, падение рождаемости где-нибудь в Гвинее напрямую связано с местными выборами в Гондурасе (первая буква, между прочим, одна и та же). И снова среди экстравагантных высказываний прячется одно верное: мусора вокруг стало бы меньше, если бы «современные художники» разобрали его на материал для инсталляций.
Но ещё смешнее – утверждение, что истинному пониманию красоты каким-то образом способствует баночка Мандзони (красота, кто понимает) или прибитая мошонка Павленского (эстеты, несомненно, кайфуют). Короче, как хотите, но свидетель № 2 облажался, что называется, по полной программе (за исключением, разумеется, «мусорного» вопроса).
И, наконец, Лотман. Солнцева: «Художник, он же автор, он же и герой, и, как всякий герой художественного произведения, он потому и герой, что разрывает границы нормы – ну, об этом еще Лотман писал.
Границы нормы, как известно, бывают размыты. В мировом контексте (а не только в европейском, потому что современное искусство теперь общемировой феномен) встречаются разные нормы, но, в общем, к этому понятию теперь относятся пластично
». Сразу же отметим некоторую странность: «размытые» границы разорвать сложно, разорвать можно только нечто жёсткое. К Лотману эта несостыковка отношения не имеет, да и саму «границу» он связывает не с нормой, а с «принятой в тексте структурой пространства»: «Движение сюжета, событие – это пересечение той запрещающей границы, которую утверждает бессюжетная структура. Перемещение героя внутри отведенного ему пространства событием не является. Из этого ясна зависимость понятия события от принятой в тексте структуры пространства, от его классификационной части» («Структура художественного текста», http://www.gumer.info/bibliotek_Buks/Literat/Lotman/_15.php). Собственно, речь у Лотмана идёт сугубо о литературе: «Весь пространственный континуум текста, в котором отображается мир объекта, складывается в некоторый топос... за изображением вещей и предметов, в окружении которых действуют персонажи текста, возникает система пространственных отношений, структура топоса... Событием в тексте является перемещение персонажа через границу семантического поля». Можно бы, конечно, предложить г-же Солнцевой перед тем, как ссылаться на Лотмана, набрать в поисковике «семантическое поле» и попробовать засунуть в результаты поиска одного или нескольких «акционеров», но это было бы негуманно во всех отношениях, так что воздержусь. Об «акционизме», по крайней мере, у Лотмана речи нет, упоминается лишь «абстрактное искусство»: «Представим себе, что супруги поссорились, разойдясь в оценке абстрактного искусства, и обратились в органы милиции для составления протокола. Уполномоченный милиции, выяснив, что ни избиений, ни других нарушений гражданских и уголовных законов не произошло, откажется составлять протокол ввиду отсутствия событий. С его точки зрения, не произошло ничего».
Впрочем, на «Структуре художественного текста» свет клином не сошёлся; вот цитата, имеющая прямое отношение к «раздвигателям границ»: «Стремление перейти границы приличий, правил игры, любых норм поведения – основа характера Ноздрева. Это получает и пространственное выражение. Почти сразу после появления Чичикова в поместье Ноздрева тот ведет его осматривать «границу, где оканчивается моя земля» (там же. – С. 74)... Но граница эта оказывается, в воображении Ноздрева, до крайности растяжимым понятием, вмещающим в себя весь горизонт: «Вот граница!» сказал Ноздрев: «все, что ни видишь по эту сторону, все это мое, и даже по ту сторону, весь этот лес, который вон синеет..., и все, что за лесом, все это мое» (там же. – С. 74). Тождественность пространственных антонимов («съежиться – развернуться») подчеркивается здесь абсурдной попыткой сделать безграничность «своей»» («В школе поэтического слова. Пушкин. Лермонтов. Гоголь», см. http://fanread.ru/book/7732905/?page=44).
Цель раздвигания («разрыва») границ вне художественного текста, как видите, сформулирована конкретно: это – абсурдная попытка «сделать безграничность «своей»», эдакое безграничное приватизаторство, по сути – рейдерский захват (на то и челюсти, в конце концов).
«Показания» последнего свидетеля это подтверждают.
Что касается границ искусства... вообще-то их нет, если двигаться вглубь. А «вглупь»?
Здесь и остановимся: граница.
Subscribe

  • 2021: 12 – 22 августа

    dik_dikij и poziloy Продолжаем свою припозднившуюся «летопись». 12 августа 2021 года умерла Уна Стаббс. « Стаббс в Британии была известна как…

  • Год назад: 2020, 8 – 19 сентября

    dik_dikij и poziloy Ещё 12 дней прошлой осени. 8 сентября 2020 года умерла Нафисет Айтекова-Жанэ. « В 1961 году пришла на работу в Краснодарский…

  • Год назад: 2020, 1 – 7 сентября

    dik_dikij и poziloy Воспоминания вслед. В первый день прошлой осени ушли Крапивин, Клюев и Печерникова. А закончилась та первая неделя смертью…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments