dik_dikij (dik_dikij) wrote,
dik_dikij
dik_dikij

Categories:

О пределах и нормах

Алексей Битов (poziloy)

Вчера, если помните, собрался я было поговорить о двух обсуждениях на Любимовке, а пороху хватило лишь на «Алкогольные новеллы» Л.Мульменко. Второе заинтересовавшее меня обсуждение – как нетрудно догадаться, «Развалины» Ю.Клавдиева. Собственно, о самом тексте я всё уже сказал (http://dik-dikij.livejournal.com/106441.html), но вот ведь что на Любимовке произошло: «Неожиданный поворот в начале обсуждения. Автор пьесы Юрий Клавдиев сказал, что была прочитана та версия, от которой он отказался. И герои пьесы, жители блокадного Ленинграда, едят не собак, а людей. Зал был шокирован. О чём говорить, если окончательную авторскую версию пьесы читали всего четыре человека» (http://zenzinich.livejournal.com/815018.html). Получается, они не могли обсуждать вторую версию, а я не знаком с первой. Можно закрывать тему. Но: «Зал поддержал предложение обсудить не только услышанное, но и авторский замысел. И тут Юра произнёс короткий монолог. О том, что несколько лет назад Михаил Угаров спросил: "Юра, а почему бы вам не написать пьесу о каннибализме?" О том, как он изучал материал, читал о монстрах-людоедах Бокассе и Амине, знакомился с недавно рассекреченными документами о ленинградской блокаде. И понял: без внутренних запретов, без самоограничения человек деградирует. Запрет на людоедство - один из важнейших. Но пьеса не о людоедах, а об испытании войной. Александр Железцов предположил, что первая версия, где едят не людей, а собак, была бы более точной. Потому что сам по себе каннибализм – предельное, шокирующее нарушение норм. И поведение людей, на это пошедших, резко отличается от того, что демонстрируют люди, вынужденные от голода есть собак. Другой порог допустимого». А вот это уже интересно, хотя и не имеет прямого отношения ни к тексту, ни к Любимовке. Кстати, в комментариях разговор и вовсе соскочил с Бокассы на Джумагалиева. Тема неприятная, но не сказать про разницу нельзя: людоеды блокадного Ленинграда во многом сами были жертвами, их нельзя равнять с каннибалами-по-собственной-склонности. И пьеса о каннибализме – это пьеса о бокассах, патологических личностях, а тема разрушения табу в экстремальных, нечеловеческих условиях – совсем другая тема. Понятно, что постморалисту У. и юберменшу К. такие нюансы невдомёк, но хорошо, что даже среди собравшихся нашлись люди, не утратившие человеческого понимания (в частности, тот же А.Железцов). Повторяю ещё раз: второй вариант «Развалин» к блокаде Ленинграда не имеет никакого отношения, а про первый ничего сказать не могу, хотя тоже сомневаюсь. Тут нужен бы «крупный план», о котором говорила О.Михайлова (цитировал вчера со ссылкой на http://kodzujoro.livejournal.com/122931.html?#cutid1). А какой может быть «крупный план», если сами по себе персонажи автору не интересны, они – чистые функции? что с ними цацкаться, если Ниверин, как и всякий интеллигент, козёл, а Развалина – молодец, готова выжить любой ценой, будущее за ней. Плоские, линейные, комиксные фигурки, они могут сойти за людей только на очень большом отдалении от читателя/зрителя. И, главное, нет никаких оснований говорить, что Клавдиев не смог своих «функционалов» оживить – он и не пытался выйти за пределы схемы, не ставил такой задачи. А если бы попытался? Вряд ли, конечно, но чем чёрт не шутит? Попытка – не пытка, правда, Лаврентий Павлович?
Ладно, хватит о Клавдиеве, давайте о табу. Те, у кого были собаки или кошки, знают: это – полноправные члены семей, зачастую более близкие для нас, чем многие двуногие родственники. Вы представляете, что означает – убить и съесть члена своей семьи, оправдываясь тем, что он всё-таки не человек? Табу, связанное с каннибализмом, – одно из самых незыблемых, и, чтобы добраться до него, надо сначала сломать много других ограничителей.
Железцов прав ещё и потому, что именно поедание своих четвероногих любимцев означало: табу активно рушатся; думаю, люди внутренне сопротивлялись, но ломались, не выдерживали. Обрушить следующие табу было легче, многое определялось только индивидуальной скоростью деградации.
Кстати, теперь я понял, почему действие «Развалин» происходит в декабре 1941 года: Клавдиев не догадался или позабыл перенести его на январь-февраль 1942-го. Временем массового поедания домашней живности был именно декабрь с его минимальными продуктовыми нормами, до Нового года подавляющее большинство собак и кошек просто не дотянуло. И вот тогда, когда ни собак, ни кошек не стало, людоедство, как это ни печально, приобрело массовый характер, и повышение нормы отпуска хлеба ничего тут не изменило.
Ладно, с Угаровым и Клавдиевым как раз всё понятно, но о чём думали многие другие? Продолжаю цитировать: «Часть участников дискуссии говорила о том, что пьеса не историческая, а экзистенциональная. Думаю, справедливо. Пьеса "Развалины", как мне кажется, об исчерпанности гуманистической идеи. О том, что жизнь одновременно и страшнее, и глубже любых либерально-утешительных представлений о том, что есть зло и что есть благо». Замечательно. Уважаемые господа, идея гуманизма может быть исчерпана только вместе с родом человеческим. Вам кажется, эта идея исчерпана? Нет, просто вы не там её зачерпнуть пытаетесь, поищите нормальный источник. Что же касается того, что жизнь «и глубже, и страшнее»… Конечно, жизнь – вообще штука сложная. Математика, знаете ли, и страшнее, и глубже таблицы умножения, только она во многом именно на этой таблице умножения и построена. А иначе рухнет вся алгебра, что линейная, что нелинейная.
Вообще странные ребята – новодрамовцы. О чём ни спроси, всё у них умерло – и гуманизм, и мораль, и слово, и театр (это я классика парафразирую, если кто не понял). А на самом деле – может, вы кого-нибудь из «умерших» в гробу видели? на похоронах присутствовали? Все эти разговоры слишком напоминают "Собирателя пуль" всё того же Клавдиева – там, если помните, подросток точно так же мечтает изничтожить ненавистного отчима каким-нибудь изуверским способом. Во-во.
Так что отвалите с вашим постморализмом. Много до вас уже было этих постморалистов – и Амин, и Бокасса, и Джумагалиев (о Сталине с Гитлером напоминать не буду, иной уровень каннибализма). Угарову нравится такое соседство? Вряд ли, его просто несёт, а за свой базар он никогда не отвечает. Отвечать придётся тем, кто ему поверил, ибо сказавший «а» – либо безответственное трепло, либо придётся потом сказать «б». А куда ведёт дорога «постморализма», догадаться не сложно. Не ходите по ней – никого, кроме людоедов, там нет.
А Клавдиев – что Клавдиев? В отличие от Угарова, Клавдиев иногда склонен сам себе верить. И его на самом деле заносит куда-то не туда, не на ту дорогу. Мне не хотелось бы, чтобы он там сгинул. Между тем, в кратком изложении "Развалин" на www.lubimovka.ru есть фраза "Ремарки сродни романным описаниям деталей военного быта, чувств и мыслей персонажей, и иногда занимают целые сцены без диалога. Диалоги между взрослыми перемежаются с диалогами детей, противопоставляя разными языками два мировозрения, два опыта, деревенские ценности и городские, знание реальности и отдаленное о ней представление. Авторский мятник клонится к первому, похоже, подвергая критике интеллигенцию, неспособную к жизни". К первому – то есть, к оправданию выживания любой ценой, так? А вот, кстати, эпиграф из Егора Летова ко второму варианту «Развалин»: "В повальном наступлении / всемирная рота одерживает / вновь очередные победы, / соблюдая лишь один закон – / кто сильнее, тот и прав!"
Наивный Клавдиев полагает, будто это аксиома. Типа, в одном отдельно взятом районе гуманистическая идея исчерпана. В районе "новой драмы", естественно.

P.S. Нехорошо, конечно, что я воспроизвёл без спроса почти весь пост А.Зензинова. Но дело ведь происходит в окрестностях «новой драмы», а там у нас нынче что? Правильно, постморализм. Заразная штука, скажу вам.
P.P.S. А ещё на Любимовке обсуждалось очередное Пряжко. Надоело, конечно (и мне самому тоже), но что поделаешь? Уйти от этого разговора никак нельзя. Подождите немного, дайте с силами собраться. В ближайшие дни сделаю. Но точно не завтра, воскресенье всё-таки.
P.P.P.S. Ну-ка, знатоки французского, какое слово на языке Мольера произносится как «мор» (mort)? Не отсюда ли произрастает термин «постморализм»? – мы же так любим иностранные слова. Только не рано ли? Мы ещё живы, не спешите нас хоронить.
Subscribe

  • 2021: 12 – 22 августа

    dik_dikij и poziloy Продолжаем свою припозднившуюся «летопись». 12 августа 2021 года умерла Уна Стаббс. « Стаббс в Британии была известна как…

  • Год назад: 2020, 8 – 19 сентября

    dik_dikij и poziloy Ещё 12 дней прошлой осени. 8 сентября 2020 года умерла Нафисет Айтекова-Жанэ. « В 1961 году пришла на работу в Краснодарский…

  • Год назад: 2020, 1 – 7 сентября

    dik_dikij и poziloy Воспоминания вслед. В первый день прошлой осени ушли Крапивин, Клюев и Печерникова. А закончилась та первая неделя смертью…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 7 comments